Букет полевых цветов. Часть вторая.

images 29 Я перебираю цветы...   Вот первый - Саша Т.                  

Два  года  назад  у  нашего  центра  обучения  не  было  своего  здания.  Снимали  два  этажа  в  обычной  школе.  Во  вторую  смену. С  трех  до  восьми  вечера.  Кроме  нас в  это время  в  школе-  никого.    Занятия  заканчивались.  К  выходу  двигались  все  вместе-  ученики  и  учителя.  Проходим  коридор,  опускаем  решетку,  через  нее  нажимаем  кнопку  выключателя,  за  нами-  темнота.  Поворот-  следующий  коридор-  решетка-  темнота,  поворот…  И  так  до  входной  двери.  Падает  последняя  решетка,  а  на  Тали-  нашего  директора-  сзади  налетает  какой-то  высокий  парень,  обхватывает  ее… Мы  вскрикиваем,  кидаемся  на  помощь. Но слышим  счастливый смех  «нападающего»  и  «жертвы».  В  свете  уличного  фонаря-  военная  форма,  красивое  открытое  славянское  лицо.  А  потом  уже  непонятно,  кто  кого  обнимает!  Все  одновременно  тормошат   светловолосого  статного  солдата.    Нашего  Сашу. 

 

А  он,   делая  вид,  что  «рассказывать  особенно  нечего»,  радостно  «  хвалится»: « Ну,  отличник… Да,  у  меня —  квартира,  армия  снимает,  здесь,  неподалеку.   Девушка?    Есть,  красивая.  Конечно.  В  следующий  раз  придем  вместе.  Познакомлю…»

Наш Саша…  Победитель. Он открыл для себя  СЕКРЕТ РОСТА ДЛЯ ЛИЧНОСТИ.

Наш  Саша.  Мальчик  с  далекого  севера.  Была  семья.  Дружная,  любящая,  процветающая.  Папа-  заведующий  кафедрой  в  мединституте,  мама-  главврач   гинекологического  отделения  областной  больницы.  Старший брат  женат.  А  Сашенька-  поздний  ребенок.  Книги,    выставки,  спектакли,  музыкальная  школа,  уроки  рисования,  дорогие  подарки…   А главное-  любовь,  тепло.   До  тринадцати  лет-  счастье. Как-то  сразу  все рухнуло.  Мать  ушла  в  несколько  месяцев-  скоротечная    саркома.  Отец  после  похорон покончил  с  собой. Мальчика  забрал   брат.  Алеша.

…  Алеша.  Самый  лучший  человек  на  свете.  Мужественный, сильный  и  нежный.  Мастер  спорта  по  фехтованию,  виртуозно  играющий  на гитаре.  Архитектор  и  поэт.  Всегда  и  везде-  первый.  В  семье —  ласковый,  преданный,  требовательный…        Научил  Сашу  вспоминать  родителей  не  со  слезами-  с  улыбкой: « Они  для  нас  живы,  они-  с  нами».

Рядом с Алексеем  все  чувствовали  себя  « за».  За  мужем,  за  братом,  за  защитником,  за  тем,  кто  найдет  выход  всегда,  решит  любую  проблему.  А  проблемы возникли.

Девяностые…  Родных    с  положением,    с  возможностями,  связями  нет.  Куда-то  постепенно  исчезли   их  «друзья»  с  «мохнатыми  лапами».  А  у  преданных и  верных,  старомодно-  порядочных,-  растерянность  и  тоска  в  глазах.  Многие  эмигрировали.

Алексей остался  без  работы.  Продавал    на  рынке  книги,  вещи-  свои  и  родительские.  Ночами  сидел  на  кухне,    смотрел  в  окно.  Молчал.

Однажды  Ирина,  жена  Алеши,  сорвалась,  рыдала: « Я  больше  не  могу!  Детей  кормить  нечем.  Я  все  время  вздрагиваю,  когда  они  просят  есть.  Вчера  вечером  вышла  за  молоком-  темень.  Ни  одного  фонаря.  В  подворотне-  бандюги  какие-то.  Страшно,  беспросветно… И  это  наша  жизнь!  Что  впереди?  Скажи,  что?  Ты же  всегда  находил  выход…»

…  Ушел  за копейки  родительский  дом —  « надежный  причал».  Коробки  с  самым  ценным,   непродаваемым-  фотографиями,  старыми  письмами,  открытками,  документами  —  Алексей  перевез  к  себе.  Перебирал,  улыбался  печально,  что-то  откладывал  в  сторону.  Вдруг  застыл,    разбирая     пожелтевшие  бумаги.  Свидетельство  о  рождении  прадедушки.    Он  еврей?  Еврей!

Алексей  кинулся  в посольство  Израиля.На  земле  обетованной  Алеша  как  опекун  несовершеннолетнего  подписал  все  документы  на получение   «корзины»-  денежного  пособия  на  Сашу.  А   через  три  месяца  младший  брат  оказался  на  улице.

«Старик,  помощь  твоя  нужна,-  Алексей    с  надеждой  смотрел  в  глаза  Шурика,-  выйдем  на  улицу,  поговорим  по-  мужски.»

—   Сели  в парке  на  лавочку. « Понимаешь,  чтобы  стать  на  ноги,  работать  по  специальности,  нужно  ульпан(школа  по  изучению  иврита)  закончить,  курсы,  устроиться  потом.  А  денег  нет.  Сам  видишь.  Виталик-  крошка,  Ире  тоже  учиться  нужно.  А  за  квартиру  платить!  А  все  остальное!  Саша,  в  тяжелый  момент  я  с  тобой  был  всегда,  в  интернат  не  отдал,  тянул,  как  мог.  Сейчас  ты  выручи!  Твое  пособие  заходит.  Пусть  оно  будет  нам.   А  ты  вроде  как  убеги  из  дома.  Ну,  типа  самостоятельным    быть  хочешь.  Вроде  мы  надоели…  Я  узнавал-  можно  на  рынке  подрабатывать,  подносить  там,  кормиться.  Знаешь,  сколько  на    рынке  продуктов!  Жить  где?  Социальные  службы  позаботятся,  найдут  тебя.  Здесь  не  бросают  на  произвол  судьбы.  Я,  как  только  смогу, сразу   плечо  подставлю.  Веришь  мне,  правда?    Да,  и  пока  все это  будет  длиться,  к  нам   не ходи.  Иначе  ведь  никто  не   поверит,  что  убежал.  Ну?!  Договорились?  Спасибо,  братишка!»

…Круглолицый , синеглазый  воспитанный    мальчик,  искренний    и   наивный.  Таким     Саша  остался  и  после  двух  лет  скитания  по  улицам,  ночевок  в  подвалах,  работы  на  базаре.  Мальчика,  действительно,  нашли  социальные  работники  и  привели  к   нам.  Рядом с  Сашенькой  была  подруга,  Диана,  старше  его  на  год.  Ее  выгнала  из дома  мать  (нашла  молодого « друга»,  а  дочь  мешала  личному  счастью).  С  первого  «уличного  дня»-  дети вместе. Дина  для  Саши-  и  сестра, и  мать,  и  невеста,  и  любовница.  Ее  слово-  закон.

Вначале  мальчик  казался  нам  заторможенным.  От  плохого  питания-  нездоровая   полнота,   угри.   Грязные  лохмотья  на  теле.  Гнойные  слезящиеся  глаза.  На  любой  вопрос  —   тишина,  взгляд  на  Диану,  и  только  с  ее  молчаливого  согласия —  ответ.

Через  месяц  девочка  попала  в  больницу  с  тяжелейшей депрессией  и  букетом  других  болячек.  Ее  судьба-  отдельная  история.

Саше  пришлось  учиться  самому  принимать  решения-  и  на  уроках,  и  в  жизни.  Рядом  были  психологи,  учителя,  социальные  работники.  Как-то  все образовалось  —      жилье,  одежда,  питание,  экскурсии,  спортзал,  кружки…  Сашенька-  аккуратный,  стройный,  с  чистой  кожей,  аристократическими  манерами,  ласковый  —  любимец  всех.  Только  грустный  всегда.  Перед  выходными  просит: « Позвоните,  пожалуйста,  мне.  Просто  так.  Приятно  чувствовать,  что  не  один,  что  о  тебе  помнят».

Директор, Тали, в  категорической  форме  попросила  нас,  учителей,  не  приглашать  мальчика  к  себе: «Сегодня  вы  сможете  его  принять.  И  завтра.  А  послезавтра он  будет  ждать,  придет,  а  у  вас  свои дела.  Опять-  травма.  Ощущение,  что   снова  бросили».

Однажды  Саша  протянул  мне  тетрадку: «Это  мой  дневник.  Почитайте. Там  и  стихи  тоже».

Я  понимала,  что  окажусь  лицом  к  лицу  с  детской  болью.  Была  готова  к  потрясению  от  наивных  стихов-  крика  о  помощи  в  никуда.  Но  не  представляла,  как    этот  ребенок  хочет  восстановить  утерянный  мир.   СЕМЬЯ!  СЕМЬЯ!  СЕМЬЯ!-  вот  то,  о  чем  он  болезненно  мечтал.  Вот  то,  куда  он  страстно  желал  вернуться.  Вот  то,  где  он  мог  вновь  обрести  себя,  того,  домашнего  Сашеньку,  счастливого,  открытого  к  любви.

«Если  бы  меня  кто-нибудь  взял!  Я  был  бы  сыном  и  братом!  Я  бы  так  любил  своих  домашних…»-  Знаете,  для  чего  я  дал  Вам  дневник?  Может  быть,   вы с  Тали  что-то  придумаете…

Тали  ничего  не  обещала.   Но  рассказала  историю  мальчика  на  страницах  израильских  газет.  И  посыпались  предложения!  Письма  будущих  « родителей» анализировались,  тщательно  проверялись  адресаты.  Вот,  наконец,  то,  что  надо!  Устроенные,  бездетные,    милые  люди .Просили,  чтобы  Саша  сразу  приехал  с  документами  на     усыновление.

Тали  не  согласилась: «Поезжай  пока  в  гости.  Посмотрите   друг  на  друга,  познакомьтесь. Потом  вместе  решим».Сашенька  вернулся  вдохновленный,  посвежевший,  нарядный,  счастливый,  с  подарками.

…  Прошел  месяц,  два…  Тишина. Саша  заходил  в  кабинет  директора,  просительно     смотрел,  ожидая      вестей.  Тали  позвонила  в  « теплый  родительский  дом».

—  Он-  сказочный  мальчик,-  ответили  ей.-  Но  мы  поняли,  что  не  сможем  менять  жизненный  уклад.  Не  готовы.  Извините».-  Саша, тебя  —  к  директору!Два с половиной часа  дверь   кабинета  была  закрыта. Когда  распахнулась,  оттуда  вышел  юноша,  подтянутый,  повзрослевший:-  Придет время-  и  у  меня  будет  своя  семья.  Не   искусственная.  И  дети  в  доме.  Всегда-  в  доме.  И  я  рядом  с  ними.  А  пока  —  учиться,  идти  к  цели.  Стану  военным.  Защитником   себя,  страны,  семьи.

Так он выбрал себе путь. Так и случилось.  Путь выбора- путь победы…  Путь взлета…

ОднаКнопка